Сергей Козлов — Катерок: Стих

Белый катер,
Белый катер,
Белый,
Белый катерок,
Катит катер,
Будто
Скатерть
Гладит белый утюжок.

А на мостике высоком,
Повернувшись к морю боком,
Небо гладит головой
Невысокий рулевой.

Невысокий,
Коренастый,
От загара медно-красный,
За компасом не следит
И на море не глядит, —
Будто нехотя
Штурвалом
Еле-еле шевелит.

Веет лёгкий ветерок,
Мчится белый катерок,
Над волною
За кормою
Синий стелется дымок.

* * *

Вот пронёсся мимо нас,
Словно взмыленный,
Баркас —
Просмолённый,
Задымлённый,
С белой пеной на губах.

Тот баркас рыболовецкий,
С той командой мировецкой:
Все — в огромных сапогах,
Трубки гнутые в зубах.
Трубки эти,
Как улитки,
Примостились в бородах.

Пронеслись они
Не глядя,
Только самый молодой
Помахал нам бородой.

* * *

Веет легкий ветерок,
Мчится дальше катерок,
А на курсе,
Словно суслик,
Встал голубенький дымок.

Постепенно он подрос,
Вроде
Лапками оброс,
И матрос вперёдсмотрящий
Крикнул:
— Датский лесовоз!
В Копенгаген-городок
Наши доски поволок!

На далеком горизонте,
Как верблюжие горбы,
Показались две трубы.
А потом дымок растаял —
Суслик, видимо, прилег
На трубу, как на пенек.

* * *

Рулевой — веселый малый —
Лесовозу вслед глядит,
Будто нехотя,
Штурвалом
Еле-еле шевелит.

Веет лёгкий ветерок,
Мчится дальше катерок,
Над волною
За кормою
Синий стелется дымок.

Подкрутив усохший ус,
На волне сидит арбуз.
Цело пузо
У арбуза,
На спине —
Бубновый туз:
Кто то, видимо, надрезал
И попробовал на вкус.

Вот сидит он на волне
С красной меткой на спине.

Посидит,
Потом качнётся,
На спину перевернётся —
В сонном море,
В тишине
Отдыхает на спине.

А прозрачная медуза
Постоит в тени арбуза,
Постоит и поплывёт —
Двух подружек позовёт.

Улыбнувшись,
Скажет просто:
— Я открыла новый остров,
Полосатый весь такой
С тёмно-красною
Прекрасною
Пещерой
Под водой!

* * *

Веет легкий ветерок,
Мчится дальше катерок.
Повстречался нам буксирчик,
Черный,
Словно уголёк.

На буксирчике усатом
В полотняном
Полосатом
Легком креслице таком —
Кок с огромным животом
Возле камбуза сидит,
Молча
Пальцами босыми
В полудреме шевелит.
А усатый флотский кот
Ест
Компот.

Съест компот —
И по канатам
Полосатым акробатом
Будет медленно ходить.
Мог бы стать он капитаном —
На кошачьем иностранном
Кот умеет говорить.

Ездил он за океан,
Повидал шестнадцать стран,
В двадцати шести морях
Кот стоял на якорях.

В Ливерпуле и в Марселе
Фоксы
Просто
Свирепели,
Чуть завидев у борта
Среднерусского кота.

Он в Стамбуле — по-турецки,
В Барселоне — по-испански,
В древнем Киле — по-немецки
Без акцента говорил.
Если даже по-кошачьи —
Это что-нибудь да значит,
Если даже он в Карачи
Речи все переводил.

За годами шли года
И состарили кота.
И состарившийся кот
Перешел в буксирный флот.

Кот седой,
Как морж — усатый,
Весь — в тельняшке полосатой,
Корабельный
Флотский кот
Представляет нынче важный,
Очень нужный
И отважный
Каботажный
Малый
Флот.

Кот нам лапой помахал,
Помахал,
Вдали пропал;
Чёрный
Маленький буксирчик
С белой пеной за кормой
Скрылся
В дымке
Голубой.

* * *

Веет лёгкий ветерок,
Мчится дальше катерок.
Просмолённая
Пирога
Показала чёрный бок.

Рулевой — весёлый малый —
Ахнул,
Сел,
Разинул рот:
На пироге,
Как в телеге,
Едет сонный бегемот.

По волнам,
Как по ухабам,
Неохватным баобабом
Едет
К русским берегам
Господин
Гиппопотам…

«Нет границ у океанов,
И у неба нет границ.
И у птиц —
У пеликанов,
Славок, пеночек, синиц —
Нет
И небыло границ.
Но в морях и океанах,
В дебрях,
На лесных полянах,
Но опушках
И в глуши —
Где за тыщу километров
не отыщешь ни души,
Где ни лис,
Ни медведей —
Есть
Границы
У людей», —
Вот что думал рулевой,
Небо гладя головой.

И ещё он по дороге
Думал:
«Как же на пироге
Бегемот —
Не мышь,
Не птиица —
пересечь сумел границы?!»
И ответ не находил.
Будто нехотя,
Штурвалом
Еле-еле поводил…

* * *

Солнце за море садится,
Машет рыжей головой.
В синем море по границе
Ходит важный часовой:
Темно-серый,
Аккуратный
Катерок сторожевой.

Пушка,
Будто бы игрушка,
На борту его стоит.
На корме — другая пушка,
Злая, тощая старушка,
На подружку
Не глядит:
Сгорбилась, как под дождём,
Под брезентовым плащом.

Злые, маленькие пушки,
Шеи вытянув, стоят,
Друг на дружку
Не глядят…

Если надо будет очень,
Чёрной ночью,
Белым днём
К пушкам
Выскочит
Наводчик,
К пулемётам —
Пулемётчик.
Море
Вспенится
Огнем…

Хорошо, когда лягушки
Тараторят без конца;
Хорошо, когда старушки
Соберутся у крыльца —
Повздыхают,
Поболтают,
Пусть —
Друг дружку побранят…

Горе людям,
Если пушки
На земле заговорят.

* * *

Солнце село на волну,
Золотой
Копной
Соломы
Медленно
Пошло ко дну.

Проплывает золотая
Туча
С выводком тучат.
Солнце в море утопает —
Лишь соломинки торчат.

* * *

Ночь…
Теперь пора прощаться,
«До свиданья!» говорить,
Зубы чистить,
Раздеваться,
Спать ложиться,
Свет гасить.

Под щеками кулаки —
Спят в баркасе рыбаки.
Трубки тоже не дымят,
Подогнув коленки, спят.

Датский лёгкий лесовозик,
Словно детский паровозик,
Где-то по морю бежит,
Еле слышная
Машина
Глубоко внутри дрожит.
Суслик светло-голубой
Спит, укрывшись за трубой.
Ярко светятся
Одни
Гокобортные огни!..

Возле острова Арбуза
Спят усталые медузы.
От медуз невдалеке,
На волне, как в гамаке,
Утомившимся матросом
Спит, посапывая носом,
Опустив намокший ус,
Пуза выпятив,
Арбуз…

Спит усатый,
Полосатый
Краснофлотский
Серый кот.
А во сне —
По Гибралтару
Рядом с повором идёт.
Кок — весёлый,
Молодой,
Седины в помине нету,
Только чубчик золотой
Из-под чёрной капитанки
Вьётся,
Будто
Завитой…

А вдали маяк мигает,
Будто кто на берегу
В спешке спички зажигает,
Сам же гасит на бегу.

Нету в мире моряка,
Что прошёл бы,
Не заметив,
Ночью
Мимо маяка.

Рулевой — веселый малый —
Правит прямо на маяк,
Сразу видно —
У штурвала
Очень правильный моряк…

И уже в кромешной мгле
Мы приблизились к земле.

Летний лёгкий ветерок
Овевает катерок,
Он уткнулся носом в берег
И прилег на правый бок.
И матрос вперёдсмотрящий,
И весёлый рулевой —
Спят в каюте носовой.

Только я один не сплю,
Я на мостике стою
И тихонько
Всем ребятам —
Малышам и октябрятам —
«До свиданья!»
Говорю.

Впереди —
Путь далек.
Отдыхает катерок.

Добавить комментарий